Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

Category:
ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ кн. А.П.ЩЕРБАТОВА: КЕРЕНСКИЙ И НИКОЛАЙ II

«Меня интересовало, как принималось решение об аресте государя и членов царской семьи и была ли какая-то возможность избавить их от того страшного пути, который завершился подвалом Ипатьевского дома в Екатеринбурге. Мало кто знает, что, подписав отречение, Николай на пути из Пскова в могилевскую ставку попытался аннулировать свой манифест и снова возложить на себя монаршую власть. Его, впрочем, никто не поддержал, но об этом стало известно в Петрограде. По прибытии в Царское Село император с семьей были арестованы. Однажды после долгого колебания Керенский все-таки ответил на мой вопрос: "Решение об аресте вынесла наша ложа". Речь шла о могущественной масонской ложе Петербурга "Полярная звезда". <…>

Возглавляя Временное правительство, предпринимая действия, фактически направленные против монархии, Александр Федорович лично к Николаю II относился с симпатией. Вспоминал, что, когда первый раз приехал на свидание с арестованным государем, долго не решался подать руку, но все-таки протянул, и они поздоровались. Говорить об императоре он не любил. Ходили слухи, что группа офицеров собиралась организовать побег императорской семьи при переезде из Царского Села в Тобольск, и Керенский выделил два миллиона рублей из специальных фондов, передав деньги для Вороновича Николая Владимировича, верного друга Александра Федоровича, военного, в прошлом камер-пажа вдовствующей императрицы Марии Федоровны. Но деньги офицеры пропили, загубив все дело. Кто знает? Это вполне похоже на Керенского. В нем, на мой взгляд, постоянно боролись два начала: непомерные амбиции, тщеславие, самоуверенность, авантюризм. С другой стороны — при политической нерешительности, честность, преданность и любовь к России, русскому народу, которому искренне хотел добра и свободы. <…>

Я много раз возвращался к теме царя, и в один из визитов Керенский мне сказал, что, когда Николай II был под арестом, еще в Царском Селе, секретную миссию по переправке его за границу через Финляндию в Швецию предлагал организовать генерал Карл Густавович Маннергейм, будущий главнокомандующий финской армией. <…>

В 1936 году я встречался с Маннергеймом, элегантным, красивым, успешным бывшим офицером Кавалергардского полка, к моменту встречи прославившимся как герой Первой мировой войны. Он уже носил титул финляндского маршала, но по-прежнему очень позитивно относился к России, хорошо говорил по-русски. <...> Маннергейм сказал мне тогда, что вывезти царскую семью на тайном эшелоне не составляло труда, <…> но Керенский на это не пошел: бегство императора сразу после революции привело бы к краху Временного правительства. Да и Англия не проявила активной поддержки этого проекта.

Действительно, переговоры с Англией об отправке семьи к двоюродному брату Николая II, королю Георгу V, имели место, но резко негативную роль сыграл британский премьер Ллойд-Джордж. В марте 1917 года в войну на стороне Антанты вступила Америка, и Лондон очень дорожил хорошими отношениями с новым союзником. Дело в том, что из США в адрес английского правительства потоками шли письма от влиятельных американцев-евреев (политиков, представителей капитала) с требованием не принимать на Альбионе бывшего русского самодержца. Об этом мне потом рассказывал тогдашний американский посол в Англии мистер Дэвис. В итоге Ллойд-Джордж, во избежание осложнений с Вашингтоном и опасаясь, что эмиграция Николая II дестабилизирует обстановку в России, ослабив ее в борьбе с Германией, направил Керенскому шифровку. В ней уведомлялось, что приезд низложенного российского императора в Великобританию сейчас крайне нежелателен.

Думается, что и сам английский король, славившийся своей скупостью, не приложил достаточно усилий для принятия семьи императора. <…>

Приютить царскую семью предлагал испанский король Альфонс XIII. Для этого можно было отправить государя в Крым, где в тот момент находилась его мать, императрица Мария Федоровна. Не участвовавшая в мировой войне Испания легко могла прислать корабль в Черное море. Но Керенский сказал мне, что везти царя через бурлившую Украину было опасно. Тут он явно лукавил. Моя семья покинула Петроград в конце июня 1917 года и добралась на поезде до Симферополя, а оттуда в Ялту без всяких проблем. <…>

Однажды, это было в 67-м году, Керенский позвонил мне: "Вы поедете со мной в Канаду? Я буду говорить речь 7 ноября, в канун пятидесятилетия русской революции". Я согласился. Зашел к нему в октябре, он репетировал выступление, метался по комнате, иногда истерично кричал, заламывал руки. Говорил о допущенных ошибках в отношении большевиков, о том, что должен был поддержать Корнилова, снова возвращался к идее свободы, оправдывая свое решение не уничтожать большевистскую верхушку и т. п. Мы собирались в Торонто в начале ноября. Вдруг за два дня до отъезда звонит рыдающий Керенский:

— Алексей Павлович, дорогой, все кончено. Глава английского правительства в Канаде запретил мое выступление, считая его неуместным. <…>

Умер он в 1970 году. Керенского отпевали дважды: по православному обряду, о дне которого сообщалось в газетах, и по масонскому, в соответствии с традициями и полагающимися церемониальными атрибутами его ложи. <…>

Последний раз я навестил Александра Федоровича всего за неделю до смерти. Керенский выглядел необычно слабым, ему тогда было восемьдесят девять лет, но раньше годы не оставляли такого отпечатка. Он заговорил: "Князь, вы должны ненавидеть меня за все, что я сделал, а еще больше за то, что не сделал, будучи российским премьером. Меня стыдятся собственные дети, говорят, что я вошел в историю как отец "керенщины". Прощайте и забудьте меня. Я погубил Россию. Но, видит Бог, я желал ей свободы". То же самое он сказал в личном разговоре пришедшему к нему на следующий день священнику, отцу Александру Киселеву, который исповедовал его многие годы.

Вспоминаю, как часто в последнее время слышал от Керенского: "Иногда я думаю: какая ошибка, что я попал в Санкт-Петербург. Остался бы самарским адвокатом, жизнь моя была бы спокойна..." Может быть и так... Кто знает? К сожалению, история, как говорится, не приемлет сослагательного наклонения.» (Кн. А.Щербатов. Цит. соч., сс. 396-401.) - http://lab18.ipu.rssi.ru/microsoft/scherbatov.htm.
Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments