September 17th, 2012

б

(no subject)

ДЕМОКРАТИЯ, ПОЛИТЕЙЯ, ИЗОНОМИЯ

«Пытаясь проследить историю слова, понятия, теории и практики демократии, мы придём к выводу, что это слово никогда не было счастливой находкой: уже потому, что «демос», «толпа», управлять никогда не может, - если под словом «кратия», «господство», «правление», понимать нечто большее, чем просто «господствовать», придавая этому понятию значение упорядоченной и хорошей государственной власти.

В греческом языке Античности слово «демократия» также всегда наделялось более или менее пренебрежительным или насмешливым смыслом. Когда Аристотель выстраивал схему различных форм правления по нисходящей, от хорошей – к плохой, упорядоченное народное правление, как его старались воплотить Афины, он обозначил не словом «демократия», но непосредственно «политейя». Этим всё сказано: в слове «демократия» слишком сильно слышался этот беспокойный, непредсказуемый и по сути дела презираемый эллинами «демос», «толпа». Следует всё-таки сожалеть, что культуры, выросшие на древе Эллады, не позаимствовали вместо слова «демократия» другое, которое не только пользовалось наибольшим уважением в Афинах, в силу её истории, но очень точно выражало саму идею хорошей формы правления, а именно «изономия», «равнозаконность», «равноправие перед законом»... В этом слове гораздо яснее, чем в слове «демократия», был высказан непосредственно идеал свободы, и оно не несло в самом себе невыполнимость своего собственного тезиса, как это фактически свойственно слову «демократия». В слове «изономия» основной принцип правового государства был выражен ясно и убедительно. <…>

Только в XVIII в. слово «демократия» освободилось от привкуса «охлократии», который оно сохраняло со времён своего древнегреческого происхождения. Это слово, как бы заново возрождённое, заимствовано было из античной литературы и вскоре приобрело значение священного идеала. Прежде всего Франция и молодая Республика Соединённых Штатов были теми странами, где идея демократии получила значительное развитие.» (Й.Хёйзинга. Затемнённый мир. СПб., 2010, сс. 266-268.)

И немного дальше: "Можно сказать, что лишь примесь элемента аристократичности делает возможным существование демократии. Без этого она всегда подвергается опасности разбиться о бескультурье толпы". (Там же, с. 270.)