Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

Categories:
О КНИГЕ Б.НИКИТИНА «РОКОВЫЕ ГОДЫ»

Книга Б.В.Никитина «Роковые годы» (Париж, 1937) явилась первым основательным изложением вопроса о германо-большевицкой кооперации во время Великой войны. До её появления эта тема затрагивалась в отдельных заметках, статьях (особенно В.Л.Бурцева) или воспоминаниях (А.Ф.Керенский), проходила в виде частного сюжета в тех или иных книгах более общего содержания (например, в книге А.И.Спиридовича об истории большевизма или в "Истории второй русской революции" П.Н.Милюкова), но не получала столь обстоятельного освещения (правда, ограничивающегося по времени периодом март-июль 1917 г., а территориально - Петроградом и Скандинавией). После неё вышла известная книга С.П.Мельгунова «Золотой немецкий ключ к большевицкой революции» (Париж, 1940). В 1950-х гг. в Великобритании, Германии и Голландии были опубликованы документы из архива германского МИДа, подробно освещающие германо-большевицкие отношения со стороны германского правительства. На основании этих и других архивных материалов зарубежными авторами был написан ряд книг, в основном переведённых к настоящему времени на русский язык. Сами же германские документы были также опубликованы в РФ. Последней значительной публикацией на эту тему является книга «Германия и революция в России» (М., 2013), представляющая собой сборник германских документов государственного и служебного характера за период 1915-1918 гг., а также включающая написанные позднее доклады, статьи и письма, относящиеся к заявленной теме.

Но книга Б.Никитина интересна и как более общее свидетельство о времени, она живо и хорошо написана, в ней проступают «люди и положения». Вот описание обыска на квартире Ленина после неудачи июльского восстания большевиков:

«В квартире мы застали жену Ленина – Крупскую. Не было предела наглости этой женщины. Не бить же её прикладами. Она встретила нас криками: «Жандармы! Совсем как при старом режиме!» - и не переставала отпускать на ту же тему свои замечания в продолжение всего обыска. Я только сказал, что всё равно не слушаю её криков. Товарищ прокурора Е. изводился, иногда резко её осаживал».

В другом месте о ней же: «Техническую работу Центра (большевицкого – С.К.) вела жена Ленина – Крупская. Плохой организатор, Ленин нашёл в ней несомненные организационные способности. Искать в Крупской чего-либо индивидуального – задача неблагодарная, чтобы не сказать большего».

А вот об О.М.Нахамкесе (Стеклове), арестованном и привезённом в Штаб округа:

«Нахамкес брюнет, громадного роста, выше меня, широкоплечий, грузный, с большими бакенбардами. Делаю несколько шагов в его сторону и сразу же начинаю жалеть, что двинулся с места: по мере того, как я приближаюсь к нему, у меня всё больше и больше начинает слагаться убеждение, что он никогда в жизни не брал ванны, а при дальнейшем приближении это убеждение переходит в полную уверенность. Положительно начинаю задыхаться и непроизвольно делаю шаг назад».

Для меня же вся эта тема имеет некоторым образом особое значение – из-за непосредственной вовлечённости моего родственника Н.С.Каринского, тогда занимавшего должность прокурора Петроградской судебной Палаты, а чуть позднее возглавившего Комиссию по расследованию июльского восстания большевиков. Его имя неоднократно упоминается Б.Никитиным, в частности он пишет: «Энергичный прокурор Палаты Каринский тоже пробовал остановить обратное движение (имеется в виду быстро обнаружившееся стремление Временного правительства свести на нет первоначальный настрой покончить с большевиками - С.К.). По материалам, добытым после восстания, он арестовал Троцкого».

Из книги Никитина также следует, что едва ли имеет принципиальное значение, правду или нет сообщает в своих воспоминаниях большевик В.Д.Бонч-Бруевич о том, что Н.С.Каринский якобы проинформировал его по телефону о готовящемся аресте Ленина вечером 4 июля. Дело в том, что решение об аресте Ленина и всей большевицкой верхушки, а также о ликвидации 30 вооруженных центров по всему городу было принято контрразведкой и Штабом округа уже 1 июля и было тут же сообщено Временному правительству, что, по мнению Никитина, в тогдашней ситуации не могло не дойти немедленно и до сведения большевиков, чьё неподготовленное выступление и было спровоцировано этими намерениями властей. Вечером же 4 июля, благодаря предпринятой министром юстиции П.Н.Переверзевым газетной публикации материалов о большевицкой измене, об этом знал уже весь город, что и явилось, как считает Никитин, главной причиной провала их восстания. И нигде в своей книге, писавшейся в 1930-х годах, Никитин не упоминает об этом якобы факте, видимо, либо не веря в него, либо не придавая ему значения в общей картине событий тех дней. Правда, на нём фокусирует своё внимание А.Ф.Керенский, пытаясь таким образом снять с себя ответственность за быстрое сворачивание дальнейшего преследования большевиков. Но это большая история. А тут только так, отдельные заметки на полях.
Tags: история, литература
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments