Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

Categories:
ПАЛ СЕРГЕИЧ

Раз уж нам предсказывают киснуть ещё около пяти лет в тупике развитого путинизма с ботоксным лицом, ничего иного не остаётся, как уйти в интро- или ретроспекцию. Для тех, кто помоложе – первое, ну а для тех, кому за – второе. Поскольку я из второй категории, продолжим мемуарную серию.

Это эпизод, относящийся приблизительно к 1970 г., времени моей учёбы в третьем классе московской средней школы № 622, что на Пустой/Марксистской ул., в нескольких шагах от Таганской пл. (о моём поступлении в неё см.: http://enzel.livejournal.com/199055.html).

После окончания уроков я оставался в школе, что называлось «продлёнкой». В это время полагалось делать домашнее задание, обедать и ходить на прогулку в находившийся неподалёку, на Таганской ул., Детский парк имени какого-то Прямикова (чекиста, как я случайно узнал совсем недавно). В нём, сразу за воротами, стояла белая гипсовая статуя Ленина, а на ограде была укреплена доска, из которой следовало, что В.И.Ленин выступал в этом сквере перед какими-то рабочими в 1918 году. Она висит там до сих пор. А вот статуи уже нет – из парков их всё-таки сочли возможным убрать. В парке этом мы находились час-полтора, после чего возвращались в школу, откуда нас около пяти вечера забирали домой. Кажется, в третьем классе уже можно было уходить домой самостоятельно.


Статуя большевика Ленина в парке им. чекиста Прямикова перед сносом в конце августа 1991 г. - был всё-таки такой период, короткий, правда, и местно-инициативный.


Помимо "мелового старика" был в детском парке и трамвайчик.

Продлёнка третьего класса была особой – появились художественные занятия. Точнее сказать, появился художник, по имени Пал Сергеич Гудков, который обучал детей начаткам рисования и искусствознания. По-видимому, Пал Сергеич имел какое-то художественное образование, но важнее было то, что он был педагог Божьей милостью. (Вполне возможно, что основным местом его работы был располагавшийся недалеко от школы, в Дурном/Товарищеском пер., Суриковский институт. Кстати говоря, вот этот-то переулок, с его дважды - даже трижды - дурным названием, и можно было бы переименовать в ул. Солженицына, вернув настоящее название Б.Алексеевской.) Он увлекал, заинтересовывал, внушал уважение и чуть ли ни преклонение со стороны своих учеников. Это то, что называется словом «харизма», т.е. дар. Кому-то это даётся от рождения, кому-то нет. В общем, это был Учитель. Во всяком случае, первый за все три года моей школьной учёбы и не исключено, что и последний. Он обучал нас карандашному рисунку, акварели, обязал прочитать какую-то книгу про цвета.

Он принимал в нас участие. Это проявлялось в том, что, единственный из наших учителей – а он не был нашим классным наставником, всего лишь вёл факультатив, – Пал Сергеич посещал дома своих учеников и вёл беседы с родителями. Помню этот его приход и в нашу квартиру, его слова о том, что детям непременно нужно какое-то занятие помимо школьной программы, чтобы ни в коем случае они не болтались во дворах, не лазили на стройки – это ведь так опасно! Надо сказать, что в то время нашу несчастную Пустую/Марксистскую уже сильно порушили, на нашей, левой, стороне только один наш дом, единственное капитальное строение, ещё держался, последним бастионом, под натиском сил разрушения. Но скоро пришёл и его черёд. Так что в его словах о стройках был свой резон. Пал Сергеич похвалил мои акварели и советовал не бросать (чего не случилось).


Наш дом в 1970 г.

Как он выглядел? Очень впечатляюще. Думаю, что ему было лет под шестьдесят. Он был высокого роста, с очень морщинистым, но каким-то благообразным и добрым лицом, с седоватыми, зачёсанными назад волосами, которые не держались и падали на его лоб. Сейчас, задним числом, можно попытаться реконструировать его судьбу. Примерно 1910 г.р., детство, пришедшееся на страшные послереволюционные годы, потом отрочество и юность в нэповские двадцатые, учёба в вузе в сталинские тридцатые, война. Войну он, скорее всего, прошёл от начала и до конца, был контужен (плохо слышал), кажется, носил на пиджаке какие-то ленточки. Никогда с нами о войне не говорил.

Я застал этих настоящих ветеранов, мучеников войны. Помню людей с ампутированными ногами, передвигавшихся по тротуарам на деревянных подставках с колёсиками, толкавшихся от асфальта маленькими дощечками с ручками. Их, как мне сейчас кажется, было ещё немало. Но больше было одноруких (с пустым рукавом, засунутым в карман пиджака) и одноногих на костылях. Много контуженных, людей с явными психическими расстройствами – страшная война кончилась только двадцать пять лет назад, и её жертвы были ещё живы. Два ветерана подрабатывали в Детском парке музыкантами: один играл на аккордеоне, другой разучивал с детьми слова и пел вместе с ними. Немолодые полноватые мужчины с залысинами, в чёрных засаленных пиджаках. Пал Сергеич был одним из тех, кому ещё повезло.

Но вот однажды он не пришёл на свой урок. Нам объявили, что он заболел. И произошло удивительное: дети решили пойти навестить своего учителя! Разумеется, я уже не помню, кому пришла в голову эта мысль – кому-то из нас, третьеклашек. И все тотчас её приняли и отправились в учительскую узнавать его адрес. Выяснилось, что живёт он около Новоспасского монастыря, у Спасской/Крестьянской заставы. Его высокая колокольня и купола были видны из нашей квартиры, это был такой настоящий старомосковский городской пейзаж, как я сейчас понимаю*. Идти было минут десять, но мне тогда казалось, что это уже какой-то другой район, одному туда ходить не полагалось. Но в толпе одноклассников не страшно и интересно.


Колокольня Новоспасского монастыря, 1974

И вот мы пришли в нему в гости. Кажется, большинство осталось стоять во дворе перед дверью в маленький дом, где он жил, а кто-то из нас зашёл внутрь и позвонил. Пал Сергеич вышел к нам в накинутом на плечи пальто – была зима, вид у него был смущённый и какой-то помятый, он что-то сказал глухим простуженным голосом, поблагодарил за внимание, и мы ушли.

Это был мой последний учебный год в той школе. Дом наш всё-таки сломали, мы уехали в новый район, я поступил в другую школу. Никакого Пал Сергеича там уже не было. Но была и ещё одна утрата, точнее, невстреча. На следующий год, как мне потом рассказывал мой школьный приятель, в наш класс пришла новая учительница пения. Её звали Алла Борисовна Пугачёва. В те времена она будто бы жила где-то в наших краях и подрабатывала уроками в близлежащих школах. Увы, стать одним из её учеников мне не довелось.


Ныне не существующий короткий Зонточный пер. у Спасской заставы: в подобном доме прошли детство и юность А.Пугачёвой, где-то неподалёку жил и Пал Сергеич
_________________________________
http://www.youtube.com/watch?v=vZQbIeCHk8g&list=PLLHjKKyQ4OaT4HRvCJ98Umfv9T1iFb0ov&index=62;
http://www.youtube.com/watch?v=kYT_9IyRn0g&list=PLLHjKKyQ4OaT4HRvCJ98Umfv9T1iFb0ov&index=63
Tags: patria minor, лирика, прошлое
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments