Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

НЕМНОГО РУССКОЙ ФИЛОЛОГИИ

Прочитал превосходную книгу Г.А.Барабтарло Сочинение Набокова (СПб., 2011). Превосходна она уже своим языком (других её высоких достоинств я не касаюсь), равным которому едва ли кто-то в современном настоящем русском мире владеет. Конечно, можно сказать, что это лишь великолепно усвоенный русский язык Набокова. Можно. Ну так что ж в этом плохого? Что плохого в том, что кто-то научился замечательно точно копировать Леонардо или Вермеера?

Г.А.Барабтарло когда-то перевёл на русский набоковского Пнина, выпущенного сначала Ардисом (читал в переплетённой альбомом ксерокопии), а потом перепечатанного Иностранной литературой. Перевод этот меня тогда поразил своей предельной близостью к тому, что мог бы написать по-русски сам Набоков, почему я и засомневался насчёт истинной субъектности г-на Барабтарло – не скрывается ли за этой вывеской кто-то из ближайшего окружения писателя. Оказалось, что нет, не скрывается, что это просто высочайший уровень мастерства, достигнутый и продемонстрированный русским филологом.

Помимо Пнина, неоднократно им улучшавшегося, Г.А.Барабтарло перевёл на русский все девять до того не переводившихся английских рассказов Набокова, роман Истинная жизнь Севастьяна Найта (почему, кстати, не Настоящая или Подлинная?) и недоконченную Лауру/Лору купно с её Оригиналом. В связи с выходом последней в конце 2009 г. переводчик дал несколько интервью, наиболее существенными местами которых – на мой взгляд – были пассажи о деградации русского языка, превратившегося в советский новоязыческий диалект. Ниже – фрагменты двух его интервью.

Помочь общему возрожденію не только словесности, но и вообще русской цивилизаціи могло бы безусловное и массовое отшатываніе рѣшительно отъ всего, произведеннаго совѣтской властью, какъ отшатываются съ отвращеніемъ отъ порчи или заразы, и это едва ли не въ первую очередь относится къ рѣчи, во всѣхъ ея формахъ, въ томъ числѣи письменной (литературный языкъ — послѣдняя и наименьшая забота).

Нужно обучатъ русской грамотѣ въ начальныхъ школахъ, но для этого нужно учить учителей, а для этого нужно сознаніе необходимости контрреволюціонной реформы языка — и тѣмъ самымъ перемѣны и самого сознанія. Разомкнуть этотъ кругъ человѣку не подъ силу, но къ счастью для себя, человѣкъ только предполагаетъ. <…>

Китайскій врачъ прежде всего проситъ паціента, на что бы тотъ ни жаловался, показать языкъ и долго, минутъ десять, его изучаетъ. О пореформенномъ русскомъ, прежде чѣмъ перейти къ діагностикѣ внутреннихъ болѣзней, можно только по одним языковымъ симптомамъ («Красноватый налетъ. Типунъ. Урѣзанъ») заключить объ искривленiи позвоночника и сердечной недостаточности.
- http://www.chaskor.ru/article/gennadij_barabtarlo_ne_inache_kak_desnitseyu_13399

Но главное побудительное движение (взяться за перевод – С.К.) было охранительным: невыносимо было вообразить, что Набоков может появиться как бы от своего имени на советском новоязыческом диалекте. Своих возможностей я отнюдь не преувеличивал, а только хотел скроить и пошить из старого, но дорогого материала пусть и невзрачную и мешковато, будто с чужого плеча, сидящую, но все-таки пристойную одежду – хотя бы для того, чтобы какой-нибудь благонамеренный портной не выпустил книгу в шутовском наряде. <…>

Я принадлежу к числу тех, кто полагает, что язык, а значит и культура (в обычном понимании этого слова) поступательно движутся вниз по довольно крутому склону. Английский язык в этом отношении представляет собой весьма печальный тому пример, а русский, после того, как ему, если воспользоваться метафорой Мандельштама, перешибли хребет, находится в состоянии искалеченном; он испещрен пронизавшим его воровским жаргоном, заражен крупными дозами советского штампованного словаря, изгажен самой черной воронежской бранью и засорен непереваренными кусками ломанного английского и безконечного  «живожурнального» жужжания с его безудержной логорреей и блогоболталогией. Пишут, например: «Понтуетесь ятями для напрягу?» (Я догадался, что это значит, как иногда смутно понимаешь «муму» глухонемого). Было бы забавно перевести страницу Набокова на этот идиолект. Впрочем, не забавно потешаться над уродством
. (Сочинение Набокова. Сс. 430, 434).



P.S. Идея возвращения к русской орфографии и грамматике, а также к словарю Даля, безусловно, правильна. И те, кто так сделал, достойны похвалы и уважения. Если бы все просвещённые пользователи кириллической последовали их примеру, это был бы отчётливый культурный - и политический зараз - жест, безошибочно отделяющий русских от советских и советообразных. Конечно, трудности на этом пути имеются, технические и человеческие - почему и сделавших подобный шаг сравнительно немного. Но было бы славно, если б их стало больше и если бы это сделалось... ну да, поветрием таким среди культурных русских людей.

P.P.S. А вот и подарок культурным русским людям подоспел - собрание сочинений Пушкина, принадлежавшее В.В.Набокову, с его собственноручными маргиналиями: http://pudl.princeton.edu/objects/fc419028-86d2-4382-9c21-d636faa39952#page/1/mode/2up. Благодарить за него следует Принстонский ун-т (США). Данное издание - юбилейное, выпущенное в связи со столетием смерти поэта стараниями Пушкинского комитета.
Tags: rossica vs. sovietica, культура, литература, филология, эмиграция
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 16 comments