Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

Categories:
"ЗАПИСКИ" НИКОЛЬСКОГО: ПРОДОЛЖЕНИЕ

Продолжим чтение мемуаров Е.А.Никольского.
В марте 1903 г., совершенно неожиданно, его переводят в Главный штаб. Произошло это благодаря тайной протекции, оказанной ему дальней родственницей, придворной акушеркой (принимавшей роды еще у кн. Юрьевской, причем единственным и весьма энергичным ее помощником был сам Александр II). Следует назначение в нештатное особое делопроизводство, ведавшее личным составом и сношениями с заграничной агентурой. Необходимо сразу же отметить, что речь идет об официальных военных агентах, находившихся в столицах разных стран мира, а не о «нелегалах», каковых просто не было по причине крайне скудного финансирования всей разведывательной деятельности в то время. ("Только в двух местах - в турецкой Малой Азии и в Бомбее (Индия) были наши постоянные военные наблюдатели под видом гражданских чиновников русских консульств. К сожалению, они получали весьма ограниченное содержание, которого им хватало только на самую скромную жизнь. На негласные расходы им ничего не отпускалось." (с.112)). Сами военные агенты за границей практически не имели возможности заниматься разведкой за рамками сбора открытой информации или личных контактов. Чтобы завести собственную агентуру требовались средства, и лишь в особых случаях, по заранее составленным ходатайствам такие средства отпускались из остатков по смете Главного штаба. Личный состав особого делопроизводства насчитывал всего три, а потом и два человека (!- С.К.). Тем не менее, некоторые (не все) военные агенты предоставляли весьма ценную информацию.

Стоит остановиться на нескольких эпизодах, описанных Никольским и относящихся ко времени русско-японской войны.

Во-первых, это предательство ротмистра Ивкова, состоявшего при Главном интендантском управлении, сумевшего на основании подложного отношения получить крупномасштабную карту Манчжурии и передать ее японскому военному агенту в Петербурге майору Акаши. Собственной подобной карты у японцев не было, и в их армии была распространена русская карта с японскими надписями, сделанными под русскими от руки.

Во-вторых, это отказ русского морского ведомства купить по льготной цене два новейших итальянских броненосных крейсера, предложение о чем было сделано итальянцами через русского военного агента. В результате, два эти корабля были перекуплены японцами (по более высокой цене) и заметно усилили их военный флот, который тотчас по их прибытии совершил атаку на рейд Порт-Артура.

В-третьих, это история с японскими артиллерийскими заказами в Германии. Суть ее в том, что из Германии от анонимного автора в первой половине 1904 г. поступило письмо, содержащее сведения об изготовляемых по японским заказам на заводе Круппа восьмистах артиллерийских орудиях с большим запасом снарядов. Было решено поддержать этот контакт и выяснить точные детали отправки грузов. Эта информация давала полную возможность перехвата и уничтожения японских транспортов, однако в Министерстве иностранных дел сочли, что эта акция может повредить русско-германским отношениям и от нее отказались. (Немаловажная деталь: в какой-то момент, поняв, что морское ведомство уходит в сторону, Никольский вызвался сам возглавить операцию по перехвату грузов, для чего просил выделить средства для закупки в Бельгии подходящего судна, капитаном же должен был стать его знакомый моряк; однако рапорт был возвращен с советом не лезть не в свое дело.) Через некоторое время на приеме в Потсдаме император Вильгельм удивленно поинтересовался у русского военного агента, почему этой важнейшей информацией не воспользовались по назначению – она передавалась в Россию с его ведома (чем и объяснялось несколько смущавшее русских адресатов отсутствие каких-либо следов немецкой перлюстрации).

А вот и "в-четвертых". В связи с отсутствием русской агентуры в японской армии приходилось хвататься за каждую, порой крайне сомнительную возможность организовать хоть какую-то разведку. «Однажды в штаб явился очень плохо одетый субъект, лет около тридцати – тридцати пяти. Представляясь, он назвал себя графом Менжинским (! – С.К.) и предложил свои услуги как военный разведчик. Он просил назначить его в какой-либо полк боевой линии, чтобы он мог при первом столкновении перейти в плен к японцам на службу, и пообещал, если мы укажем ему путь сношения с нами, что будет сообщать военные сведения о японской армии.» (сс. 113-114). Предложение было принято и Менжинский отправился в путь на Восток, однако вскоре из Омска пришло сообщение, что он был арестован в связи с подозрительным поведением: он что-то записывал в книжечку шифром при пересечении Иртыша, при нем были обнаружены и записи о других мостах, по которым проследовал поезд. Он был предан военно-полевому суду и приговорен к каторжным работам. Впоследствии Никольский, встретив в газете портрет В.Р.Менжинского, назначенного главой ГПУ, усмотрел в нем значительное сходство с «графом», но было ли это одно и то же лицо – неизвестно.

Е.А.Никольский был человеком твердых правых убеждений. Вместе со своим коллегой по штабу он занялся переводом и написанием контр-пропагандистской литературы для армии, нацеленной на борьбу с влиянием социалистических агитаторов. Позднее они даже основали для этой цели собственное издательство, хотя все книги выходили с одобрения и по рекомендации Главного штаба, и даже – лично Государя. Самой большой их удачей была первая изданная книга – «Офицер-воспитатель» французского генерала Лиотэ, выдержавшая 4 издания общим тиражом 24 тыс. экз. За ней последовали другие книги для офицеров: «Сущность социализма, коммунизма и анархизма», «Как противодействовать социал-демократической пропаганде», «Бой на улицах» - первое в русской армии руководство для ведения уличного боя. «Но по мере того как развивалась наша издательская и публицистическая деятельность, мы начали постепенно встречать сначала нами не замечавшееся противодействие неизвестных нам сил, которое в конце концов нас победило. К.Л.Евреинов оказался переведенным на службу в Туркестан, а я был послан в почетную ссылку – в командировку с Высочайшего соизволения в Турцию, в Македонию. И наше идейное предприятие закрылось, не успев расцвести.» (с.128)

***

В заключение - несколько заслуживающих внимания цитат.

"Почти до 1907 года в Главном штабе, впоследствии в Главном управлении Генерального штаба, а также в Главном морском штабе совершенно не интересовались тем, что делалось за границей. Не было никакой планомерной программы по собиранию негласных сведений о состоянии иностранных вооруженных сил и о новейших достижениях военного искусства за границей." (с. 146)

"В своем докладе начальнику Генерального штаба я все это изложил, и мне удалось доказать, что у нас в действительности нет как разведывательной службы за границей, так и нет контрразведки... В конце я добавил, что если доклад достоин внимания, то я беру на себя смелость представить полный проект организации нашей разведывательной и контрразведывательной службы... Во исполнение последней резолюции (начальника Генштаба ген. Палицына - С.К.) я очень скоро представил второй доклад - первоначально об организации разведывательной службы в Европе. А через некоторое время - об организации разведывательной службы в Азии... После первого из этих докладов генерал Палицын приказал тотчас же приступить к организации разведывательной службы согласно моим предложениям. Его резолюция на докладе гласила: "Исполнить все, как указывает капитан Никольский"... Был представлен доклад с проектом Главного разведывательного отделения и школы негласных агентов при нем." (сс.149-150).

Однако после этого Е.А.Никольский был переведен в другое отделение Генерального штаба, а потом направлен в "почетную командировку в Македонию" (с.150).

"Начальником разведывательного отделения первоначально был назначен Генерального штаба подполковник фон-Виникен, сын богатого рижского банкира, еврея, принявшего христианство и купившего где-то за границей баронство. После него главой Главного разведывательного отделения стал полковник Генерального штаба Н.А.Монкевиц. Как ни странно, но он был тоже еврейского происхождения. Н.А.Монкевиц заведовал этой службой очень продолжительное время, вплоть до развала России... ныне - сотрудник ГПУ, подозреваемый в предательстве генерала Кутепова (и не без основания)".(сс.150-152).

"Окончив краткое описание моей попытки создать в управлении Генерального штаба действительную разведывательную службу, должен заметить, что все мои старания не оказали никакого влияния на организацию этой необходимой части деятельности Генерального штаба. Но, к моему величайшему огорчению, они принесли несомненную пользу существующему в России большевистскому правительству, которое, как я теперь ясно вижу, организовало свою разведывательную службу за границею, во всем согласно моим основным докладам, которые хранились в секретном помещении штаба, и, конечно, их использовать было нетрудно.
Какая горькая ирония судьбы! Я принес своим патриотическим трудом пользу врагам моего Отечества!" (с.152)
Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments