Сергей Сергеевич Каринский (enzel) wrote,
Сергей Сергеевич Каринский
enzel

Category:
8. ПИСЬМО
(эпизод из истории чешско-грузинского культурного взаимодействия)

Посв. В.Г.

Владислав сидел в своем замке и скучал. Где-то там, в благодатной Грузии, жила Лейла, и тоже скучала. Владислав с тонкой грустью думал о Лейле, сидя мягким январским днем у камина, рядом с окном, во втором этаже донжона. ТВ надоел, магнитофон опротивел, дороги окрестные все были изъезжены, читать и спать одинаково не хотелось. Он подумал было набрать пражский номер своей бывшей жены Кристины, жившей теперь с канадским журналистом, но решил не делать и этого. А мысли его неудержимо текли в сторону Грузии. Тогда он встал, подошел к бюро и положил пред собой чистый лист почтовой бумаги – он решил написать ей письмо. Вот это письмо:

Здравствуй, милая Лейла,
не удивляйся этому письму, хотя я сам удивляюсь своему решению написать его. Сейчас такая чудесная погода, предвосхищающая весну, и такая странная, замирающая пустота на душе, что ничего не хочется делать, кроме одного – говорить с тобой о чем угодно, о самом случайном и вздорном. Мне очень нравится твоя страна, ваша страна, страна Св. Георгия, Давида, Тамары, страна вина и беззаботного веселья. Я вижу ваш дом, сад при нем, виноградник, вижу тебя, наблюдающей, как твои братья топчут виноград в давильном желобе, вижу твою при этом улыбку, вижу высокое чистое небо. Как жаль, что все это только в моем воображении, что я не могу увидеть всего этого сей же час, немедленно. Даже если я брошу все здесь, сяду в поезд, приеду в Прагу, а оттуда вылечу ближайшим рейсом в Тифлис, то и тогда не увижу всего этого, потому что сейчас январь, а не август, и все у вас мокро и скользко от дождя, и только вино, уже оформившееся и устоявшееся, напоминает вам о той чудесной поре. Мне хочется перейти на французский, но боюсь, ты не знаешь этого языка. О чем же мне тебе рассказать? О травле зайцев, об оптовых закупках фуража, о том, что вот уже два месяца ремонтируется подъездной мост – все это вздор и не заслуживает упоминания. Сижу здесь, скучаю, изредка вижу соседей, еще реже – езжу в Табор, развеяться, сходить в кино, посидеть в трактире, пошататься по магазинам. Наша страна удивительно удобна и по-своему красива, но зимой как-то особенно понимаешь, что это всего лишь небольшой уголок Европы, в сущности провинция, и относительная близость Мюнхена или Вены только усиливает это ощущение. К тому же, я, как ты знаешь, не очень-то жалую немцев. Увидимся ли мы этим летом? Так хочется побывать вновь в ваших краях, полазить по горам, вволю попить вашего вина. Если ты согласна, если ты хочешь меня видеть, пожалуйста, ответь, и незамедлительно! Сейчас мне очень нужно знать твой ответ. Заканчиваю это глупое письмо, не сердись. Если не сердишься, то передай мой привет братьям, Гураму и Гиви, а также дедушке Шота, который был столь тогда любезен и добр со мной. Вот и все. До свиданья. И, умоляю, не заставляй меня ждать слишком долго.

Владислав.

Запечатав письмо, Владислав спустился по скрипучей, но крепкой лестнице в сени, вышел во двор, постоял, решая, какой способ передвижения избрать, посмотрел на серо-голубое, почти весеннее небо и направился к навесу, под которым стояла его забрызганная светло-коричневой местной грязью спортивная «шкода» устарелого образца. До почтового отделения было три километра по узкому, петляющему, в мелких лужах, шоссе.

28 января 1990 г.
Tags: из секретера
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments